Авг
15

Публикация в «ОТ» под названием «В застенках у «Доброго друга» вызвала резонанс в обществе. Напомним, речь в статье шла о том, как мама в желании спасти сына от пристрастия к алкоголю, отправила его на лечение в реабилитационный центр в соседнюю Днепропетровскую область. Руководитель центра и пастор евангельской церкви, при которой работает заведение, убеждали женщину в действенности их методов избавления от зависимости, показывали хорошие условия содержания реабилитантов. На деле оказалось, что “клиентов” содержат совсем в других, далеких от идеала «апартаментах» – в заброшенных сельских хатах, а методы «лечения» включают в себя избиение.

К тому же, согласия самого зависимого на прохождение реабилитации не требовалось, его забирали насильно, взяв с матери деньги: тысячу гривен на бензин и две тысячи – за месяц пребывания в центре. В итоге «реабилитация» для парня закончилась смертью – по выводам судмедэкспертизы он скончался от побоев. Мама погибшего пытается найти правду в прокуратуре и судах и призывает родителей алкоголиков и наркоманов быть внимательнее в выборе центра реабилитации. Потому что центр, где погиб ее сын, продолжает работать, и по всей Александрии по-прежнему развешены объявления об избавлении от алкогольной и наркотической зависимости с его номерами телефонов.
В Александрии вот уже 15 лет тоже работает благотворительный центр реабилитации «Ковчег». И работает успешно. В нем постоянно находятся на реабилитации около 40 человек. Каждый месяц поступают новые реабилитанты. Не у всех из них хватает силы воли изменить свою жизнь, но пребывание в «Ковчеге» – абсолютно добровольное, а с недавнего времени – еще и бесплатное.
«Неразумно откликаться на объявления на столбах, – считает руководитель БЦ «Ковчег» Андрей Кривулько. – Но, может быть, мама просто хотела отвезти сына подальше от привычной ему среды, чтобы было меньше соблазнов. Самое печальное не то, что в результате мошенничества оказываются впустую потрачены немалые деньги, а то, что у родителей пропадает надежда. Никакие заверения, сайты и рассказы руководителей не имеют такой силы, как личные свидетельства людей, которым удалось избавиться от зависимости в реабилитационном центре. Или не удалось избавиться сразу, но пребывание здесь помогло увидеть себя и свою проблему с другого ракурса, и он расскажет о центре другим. У нас так часто бывает: человек побыл пару дней и ушел ни с чем, а потом через него о центре узнают другие. Каждый наркозависимый хочет стать свободным и начать другую жизнь.
Многие приезжают к нам из других городов. Но мы не отправляем людей в другие центры. У нас есть база в Петрово – это 50 километров от Александрии, достаточное расстояние для тех, кому тяжело разорвать старые связи».
«Ковчег» нигде себя не рекламирует, объявления не развешивает. По мнению его сотрудников, это может натолкнуть зависимых и их родителей на мысли о «бизнесе на чужом горе». А этого и в помине нет. «Без согласия мы никого на реабилитацию не принимаем, – рассказывает Андрей. – Если у человека нет желания избавиться от зависимости – ничего не получится. Вот привезли к нам недавно парня из Киева. Я ему говорю: «Ты понимаешь, что это процесс длительный, не одного дня и даже месяца. Тебе 37 лет. Лет 20 из них ты каждый день разрушал свою жизнь. Чтобы построить новую, нужно много времени и сил».
Очень важно и то, кто именно работает в реабилитационном центре. Если это люди, которые не знают, как организовать работу или делают ее плохо, по-дилетантски, или того хуже – так, как в случае, описанном в статье, то убежав из такого центра, человек уже никогда не захочет ехать на реабилитацию – у него уже сложился стереотип, что все центры такие…
Как же не поддаться на красивую рекламу и определить, стоит ли отдавать ребенка на реабилитацию? Первое, что должно насторожить, – если не требуется согласия реабилитанта, как уже сказано выше. Второе – заоблачные суммы на «лечение» вместо посильных благотворительных пожертвований от родителей. «Ковчег» не берет денег с реабилатантов уже года три. Центр обеспечивает себя сам, благодаря взносам сотрудников и спонсорской помощи.
Реабилитанты «Ковчега» работают в детских домах, на строительстве (в центре есть своя бригада). Сейчас строят детский дом в Войновке. За это денег не получают. Это благотворительная помощь и благотворительный труд, можно сказать, социализм в отдельно взятом центре.
Имеют значение в выборе заведения и методы реабилитации. Они не должны быть гестаповскими. Понятно, что не всегда человек, даже если он сам согласен на реабилитацию, ведет себя тихо и мирно, многие плохо переносят ломку, становятся буйными, бунтуют, проявляют агрессию. Но если сотрудники центра на своем месте, они всегда найдут подход к людям. «У меня был случай больше 10 лет назад, – вспоминает Андрей. – Мне 28 лет, а в центр привезли 40-летнего наркозависимого Сашу. Он был огромного роста, мрачный, после четырех сроков. Смотрю на него и думаю: «Господи, дай мудрости». Объяснил правила, он выслушал, достал из заначки 200 гривен и остался в центре. Но отказался убирать в туалете. А у нас дежурства – все по очереди убирают места общего пользования. Подошла его очередь, говорит: «Я не буду». Один раз за него отдежурили. На следующий день он снова отказался. Пришлось объяснить: «Не хотелось бы, чтобы ты из-за такой ерунды уезжал, но у нас такие правила – все равны». Он не смог переломать себя, и уехал – из-за туалета. Через несколько дней его снова привезли к нам родители. «Ну что, – говорю, – туалет будешь мыть»? – «Буду». Улыбнулись друг другу, и он остался. Да, у нас есть свои правила – например, нельзя курить. Но это не значит, что мы жестоко наказываем за их нарушение. Вопрос не в курении, а в хитрости, в лукавстве. Конечно, сразу от всех прошлых привычек не избавиться, мы сами бывшие наркоманы, прекрасно понимаем проблемы, можем и 10 раз дать человеку шанс, если видим, что он хочет измениться, но ему тяжело. Особо буйных у нас не было. Страшно, когда у алкоголиков белая горячка, за ними нужно постоянно следить».
За все эти годы в «Ковчеге» было много разных людей – и хороших, и плохих, как и везде, и среди наркоманов тоже. Но за 15 лет никогда не было такого, чтобы кто-то кого-то бил, забрал квартиру или украл. Был в «Ковчеге» один неприятный случай. Мама привезла сына из Кременчуга – он был буйным, выносил из дома, распускал руки. Через пару дней парень сбежал домой. А мама его не приняла – он стучал в дверь, она не пустила, и он повесился на крыльце подъезда. «Это был опыт для нас, хотя мы маме ничего и не советовали – рассказывает Андрей. – Мы не рекомендуем родителям выгонять наркомана из дома до излечения и не пускать обратно, пока не изменится. Родители сами решают, как поступать.
У нас нет решеток на окнах и дверях, даже в моем кабинете – чтобы люди не чувствовали себя, как в тюрьме. Если нет доверительных отношений между сотрудниками центра и реабилитантами, это неправильно. Не хочешь меняться – уходи. И родителям всегда нужно говорить правду, когда они звонят и интересуются, как дела у их ребенка (мобильные телефоны в реабилитационном центре запрещены, и звонить можно только руководителю или сотрудникам). Бывает, приехал человек из другого города. Потом понял, что не хочет оставаться, настроен ехать домой. Разговоры на него не действуют. Звоним маме, говорим о том, что сын хочет уехать. Мама с ним говорит – тоже бесполезно. Она просит не давать ему паспорта и денег. Но мы не можем так сделать – он все равно сбежит, а вдруг с ним что-то случится, а мы будем виноваты? Поэтому покупаем ему билет до родного города и сами садим в поезд. Мы отвечаем за него. Если выгоним, он не вернется. Прощаясь, говорим: «Жаль, что ты уезжаешь», оставляем ему шанс на возвращение. И часто люди возвращаются назад. У нас есть поддержка, братское отношение, человек видит, что мы все равны, у нас нет разделения на сотрудников и реабилитантов, чувствует себя среди равных, а не как в больнице, где есть врачи и пациенты. Наши методы реабилитации – психологическая и моральная поддержка, молитвы, чтение Библии, труд – как часть жизни каждого человека. Мы верим в каждого человека, даем ему возможность помогать детям в детском доме, строить дома и церкви. Потому что бросить наркотики – еще полдела. Нужно еще быть полезным обществу, трудиться, преодолеть эгоизм и стать полноценным членом общества, уметь заботиться о других. В этом смысл нашей работы».

Ярослава Волошко

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.

Страница 1 из 11