Ноя
18

    Есть в акварельной технике какое-то особое – хрупкое очарование, легкость и невесомость, способность удивительно точно передать стремительность и мимолетность момента. Эта техника идеально подходит для динамичного, быстро меняющегося мира.

   Разные, но узнаваемые пейзажи 28-летнего художника Максима Киселева привлекают внимание зрителей утонченностью, воздушностью и прозрачностью. Яркие, сочные, завораживающие акварели – в них есть шарм и собственный почерк художника. Его картины полны света, они буквально пронизаны лучами, которые наполняют жизнью его картины. Динамику акварелям этого художника придает игра света и тени, на картинах часто можно увидеть людей, идущих по улицам, что тоже оживляет изображения.

   Недавно Максим, который уже почти год вместе со своей девушкой живет и работает в Польше, во Вроцлаве, на пару дней приехал в Александрию. С мамой и братом Дмитрием художник побывал в галерее VashArt на улице Чижевского, 8. Максим передал в фонд галереи еще одну, уже четвертую свою работу и пообщался с александрийскими художниками, которые, как и автор этих строк, очень ждали этой встречи – талантливого парня все любят и уважают за мастерство, скромность, человечность и трудолюбие.

    Он рисовал с самого детства, лет с трех. Талант сына первой заметила мама, она же и стала первым учителем Максима. В художественную школу мальчика не взяли («Я был очень высоким», – пошутил он). На самом деле не взяли из-за того, что Максим был еще слишком маленьким. Он не расстроился и поступил в гимназию №1 – школу искусств, параллельно брал уроки у преподавателя художественной школы Валентина Дьяченко и художника Александра Мозгового. Рисовал в основном гуашью и карандашом. Акварельную школу получил уже в Киеве – в 10 лет. Максим поступил в единственную в Украине государственную среднюю художественную школу им. Т.Г.Шевченко. (Школа является базовым учебным заведением для Украинской академии искусств. Большая часть выпускников становятся членами Союза художников Украины). Решение далось нелегко и мальчику, и его родителям. Но желание стать художником было сильнее. Привыкать было тяжело – по сути, это школа-интернат со строгим режимом, где учат и кормят, но стирать свои вещи, к примеру, нужно самостоятельно.

   Окончив школу в 17 лет, Максим стал студентом Киевского национального университета строительства и архитектуры. Он мечтал быть архитектором, но в итоге получил высшее образование по специальности изобразительное искусство и квалификацию художник-дизайнер. По его словам, только архитекторы и дизайнеры работают акварелью. Эта техника привлекла Максима своей легкостью, спонтанностью и скоростью. Акварель нравилась ему со школы, где до девятого класса была акварельная живопись, а после – масляная. Еще в шестом классе учительница сказала мальчику, что масляная живопись – это не его. Работы маслом лучше смотрятся издалека, акварельные – вблизи (именно так лучше воспринимались работы Максима). Впрочем, и картины маслом у него тоже есть. Еще один фактор, повлиявший на выбор краски, – экономический: акварель тогда была дешевле, даже знаменитая Санкт-Петербургская. Сейчас Максим питерской краской не пользуется – в тюбиках она продается только в наборах, и ее качество уступает прежним стандартам, пигменты не такие насыщенные. Поэтому художник выбрал для себя оптимальный вариант – приемлемые по цене и качеству голландские краски Van Gogh. По такому же принципу доступности Максим выбирает и кисти, и бумагу для своих работ.

  80 процентов его картин написаны с натуры, 10 – по памяти и 10 – с фотографий. А прекрасные реалистичные «дождливые» пейзажи с полным эффектом присутствия – это еще 10 процентов придуманных, улыбается художник.

   Александрийцы, конечно, радуются, когда узнают в работах Максима виды родного города. Особенно часто среди них встречаются изображения «дороги с БАМа на Райбыт» – переулочка, ведущего от девятиэтажки на улице Сидоренко, 6 мимо «Охотничьего дома» к проспекту Соборному. Для Максима это – дорога к бабушке. Он писал ее в разные времена года – заснеженной, в весенних лужах… И всегда она получается очень живой, яркой, узнаваемой. Женская фигурка вдалеке – это бабушкин силуэт. «Я всю жизнь хожу этой дорогой. Если приезжаю домой на недельку, бываю только у родственников, друзья же все в Киеве. Вот вчера шел другой дорогой, там лужи шикарные, может, тоже напишу», – говорит Максим.

  По окончании университета он приехал к родителям в Александрию, устроился на работу – визитки, баннеры. Выдержал три месяца. Понял, что работать на кого-то на небольшую зарплату и писать собственные работы не получится. И выбрал творчество.

  Максим – человек творческий, но не коммерческий. Сейчас у него уже получается зарабатывать на своем творчестве – есть люди, которые помогают продавать работы. Художник признается: когда пишет, не думает о продаже. Если думать о продаже, картина выйдет не очень.

  Его работы есть в частных коллекциях в Украине, Польше, Германии, Франции, Канаде, США, Китае. У Максима были персональные выставки в Александрии (2013, 2014 годы), Львове (2013, 2016 г.), Вроцлаве (2014 г.), он участвовал в передвижной выставке в Швейцарии, в международном фестивале акварели в Тиране (Албания, 2015 год), Всеукраинской рождественской выставке Национального союза художников Украины (2016 год), Международном пленэре акварели в Албании (2016 г.), в Международных биенале акварели в Одессе, в Пакистане, Белграде (Сербия) и Гонконге (Китай). «Я участвую там, где участие недорого или бесплатно», – признается акварелист. А на мастер-класс для детей по скульптуре, который Максим дал в Киеве в 2014 году, специально приезжали художники из других городов Украины. Весной Киселев планирует дать мастер-класс в Швеции. Еще три персональные выставки – и ему можно будет вступить в Национальный союз художников Украины.

  «Я долго думаю над тем, что и как нарисовать – могу и неделю обдумывать, – описывает Максим творческий процесс. – А потом нарисовать за два часа. Потому что маслом можно переписать картину, а акварельную работу нужно сразу четко представлять. Рисую без карандаша (без предварительных набросков карандашом, и это делает картины художника еще уникальнее. – Авт.). Может, лет в 50-60 сделаю генеральную уборку своих работ и половину выброшу, оставлю только лучшие, как сделал в свое время Клод Моне. Чему хотел бы еще научиться? Думаю, для этого не хватит жизни. У меня нет идеала, и когда спрашивают, какая лучшая работа, отвечаю: та, которую еще не написал. Проходит время, ты постоянно совершенствуешься, выходишь на новый уровень. Это возможно, если посвящаешь себя только творчеству. Но в этом тоже есть свои минусы – отсутствие стабильности. Ты не знаешь, когда продастся твоя следующая работа. Быть успешным художником – это не совсем талант. Скорее, постоянный труд».

  На вопрос, лучше ли работается художнику в Польше, Максим отвечает: там у людей больше возможностей покупать картины, чем у украинцев. Он уже не жалеет, что не стал архитектором: не хотел бы работать на кого-то за копейки – в Украине или в Польше, где талантливые украинские зодчие получают меньше, чем водитель трамвая… Но любовь к архитектуре с ее четкостью линий, стройностью конструкций и системой символов четко прослеживается в его работах. Он умеет слышать голоса и музыку больших и малых городов и мастерски передавать ее в своих акварелях.

Елена Карпачева

Один комментарий

  • Аноним пишет:

    Удачно рассположеные рядом статьи, как бы наглядное подтверждение достаточно сильного сквозняка из открытого «окна в Европу». С художником, оно и понятно…холсты, большие холсты…и большая парусность, сквозняк в паруса, вот и унесло, даже с девушкой…(

    Мне нравится! Thumb up 0

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.

Страница 1 из 11